?

Log in

No account? Create an account

Предыдущее | Следующая публикация





В старых дневниковых записях как-то увидел: «1998 год. Суэцкий канал. Пустой постамент памятника строителю канала Фердинанду Лессепсу».
И вспомнил…
В том году мне довелось перегонять из Одессы в Порт-Саид проданное на металлолом небольшое судно. За долгие годы плаваний мне не раз приходилось проходить Суэцкий канал. Но во времена горбачевской перестройки, когда грузооборот Союза резко сократился, мой постоянный теплоход «Аркадий Гайдар», плавая между портами Юго-Восточной Азии, перестал приходить в Одессу. Экипаж меняли самолетами, и я стал забывать, как выглядит Суэцкий канал.
Но вот – я снова здесь.
В Порт-Саид пришли ранним утром, стали на якорь рядом с набережной, напротив пустого постамента, на котором когда-то возвышалась статуя французского инженера Фердинанда Лессепса, строителя Суэцкого канала.
За те годы, что я не был в Порт-Саиде, недалеко от набережной поднялась красавица-мечеть, выросли новые дома, да и сама набережная помолодела, протянувшись к слепящей синеве Средиземного моря. И лишь этот пустой постамент угрюмо серел в тени пальм, как всеми забытый кладбищенский памятник.
А ведь я видел статую Фердинанда Лессепса! Видел в тот самый день, когда восторженная толпа египтян под свист и улюлюканье мальчишек стаскивала ее с пьедестала!
Я плавал тогда 4-м механиком на танкере «Херсон». Следуя из Одессы в Суэц с грузом дизельного топлива, мы пришли в Порт-Саид и в ожидании проводки по каналу стали на якорь именно здесь, напротив памятника Фердинанду Лессепсу. Было это 26 июля 1956 года. В тот день президент Египта Гамаль Абдель Насер объявил о национализации Суэцкого канала, принадлежащего англо-французскому капиталу. И в ознаменование этого события бронзовая статуя французского инженера, олицетворявшая для египтян символ колониализма, грохнулась на землю!
Так вот. Когда на поверженной статуе француза полуголые арабские мальчишки начали отплясывать какой-то неистовый танец, наш помполит закричал: «Ура!» И все, кто были в тот момент на палубе, тоже закричали «Ура!» В советских газетах египтян называли тогда нашими братьями. И это «Ура!» было выражением солидарности с братским египетским народом.
Вместе со всеми кричал «Ура!» и я, не подозревая, что в скором времени это событие повлияет на мою судьбу…
Как я уже сказал, был июль 1956 года. В феврале того же года на весь мир прозвучал доклад Никиты Хрущева ХХ съезду КПСС о злодеяниях Сталина. Из советских концлагерей начали выпускать политзаключенных. И одновременно с этим морякам, лишенным права на загранплавание, начали открывать визы. Получил визу и я, плавая до этого в каботаже пассажирской линии Одесса – Батуми. И рейс на танкере «Херсон» был первым моим заграничным рейсом.
Вернувшись после Суэцкого рейса в Одессу, я сошел в отпуск. А осенью получил назначение на новый танкер «Славгород», который достраивался на Николаевском судостроительном заводе. В ноябре танкер готовился в первый рейс. О начавшейся на Суэцком канале войне, тройственной агрессии Англии, Франции и Израиля против Египта я узнал уже во время приемки танкера. Война началась в ответ на национализацию президентом Насером компании Суэцкого канала. Ведь не только акции компании не принадлежали египтянам, но даже лоцманы, работавшие по проводке судов по каналу, были англичанами или французами. А на часах перед зданием Управления Суэцким каналом всегда стоял английский солдат.
Узнав о начавшейся войне, я не придал ей никакого значения. Даже вспыхнувшее в те дни восстание в Венгрии против диктаторской политики Советского Союза прошло мимо моего сознания. С утра до позднего вечера я пропадал в машинном отделении огромного танкера, осваивая сложные системы и механизмы этого нового судна. А вернувшись в гостиницу, наскоро поев, садился за изучение инструкций и наставлений по эксплуатации «Славгорода».
Наступил дождливый ноябрь. За ним пришел холодный декабрь. А выход танкера из завода откладывался. То не брался под нагрузку дизель-генератор, то не давали нужной производительности грузовые насосы, а то не срабатывала автоматика парового котла, и заводские наладчики, расстелив в котельном отделении чертежи и схемы, ломали головы над этой загадкой.
Последние дни стоянки судна на заводе я почти не спал. Стараясь вытолкнуть «Славгород» к новому году, завод работал в три смены, и я, как и другие механики, почти не выходил из машинного отделения, принимая у сдаточной команды завода механизмы и системы танкера.
Больше всех доставалось старшему механику Ивану Викентьевичу Врублевскому. Этот пожилой, много повидавший на своем долгом морском веку человек в любое время суток спускался то в машинное отделение, то в гулкие грузовые танки и другие отсеки судна, где шли монтажные работы, стараясь все увидеть и пощупать своими руками. «С морем шутки плохи, – говорил нам Иван Викентьевич. – Если не доглядим сейчас, горько будем плакать там!» И если нам, младшим механикам, приходилось ругаться только с заводскими рабочими, заставляя их переделывать брак, то Ивану Викентьевичу приходилось ругаться и с заводским начальством, и с приехавшими из Одессы представителями пароходства, торопившими его и капитана подписать приемо-сдаточный акт.
Наконец, день выхода танкера в море. Прямо пред самым новым 1957-м годом. Утром в пахнувшей свежей краской столовой «Славгорода» собрал нас помполит Анатолий Георгиевич Фомин. Напомнив, что в предстоящем заграничном плавании мы не должны забывать о происках врагов социализма, быть бдительными, не поддаваться на всевозможные провокации и гордо нести звание советских моряков, он сделал краткий обзор международных событий и в заключение сказал, что благодаря твердой и принципиальной позиции Советского правительства во главе с верным ленинцем Никитой Сергеевичем Хрущевым, авантюра Англии, Франции и Израиля на Ближнем Востоке сорвана и войска агрессоров убрались из Египта…
Новый год мы встретили на ходовых испытаниях. А в первых числах января пришли в Одессу и ошвартовались в нефтегавани.
Жизнь танкера «Славгород» началась!
Пока мы грузились, я с разрешения стармеха съездил домой, попрощался с женой и ее родителями, забежал попрощаться со своей матерью и вернулся на судно.
К рассвету следующего дня, тяжело осев в воду, «Славгород» отошел на рейд и в ожидании получения продуктов, которые должны были доставить на барже, отдал якорь недалеко от Воронцовского маяка.
Вахта моя начиналась с восьми утра. Наскоро выпив в кают-компании чай, я побежал в каюту, переоделся в рабочий комбинезон и спустился в машинное отделение.
Принимая вахту у третьего механика Бориса Галенко, я заметил на работающем дизель-генераторе низкое давление масла. Очевидно, забился масляный фильтр. Почистить его должна была сдающая вахта. Но Борис выглядел уставшим. Отход на рейд был на его вахте, поэтому, хлопнув Бориса по плечу, я отправил его отдыхать. Вооружившись гаечным ключом, сам полез под плиты вскрывать масляный фильтр, предварительно запустив в работу резервный дизель-генератор и остановив работающий.
Вытащил на плиты забившиеся пластины и только собрался промыть их в ведерке с соляром, как в машинное отделение спустился вахтенный матрос:
– Тебя срочно вызывает капитан!
– Меня?
– Да. Он велел немедленно прибыть к нему в каюту!
Оставив ведро с пластинами фильтра и наскоро вытерев ветошью руки, я поспешил наверх, гадая, зачем я мог понадобиться капитану.
Когда вошел в капитанский салон, то сразу увидел старшего механика. Он нервно курил, хотя все знали, что Иван Викентьевич закуривает в редких случаях. Капитан, обычно веселый, жизнерадостный, тоже выглядел хмурым. А за журнальным столиком сидел незнакомый мне человек и что-то писал. При моем появлении он поднял голову и с любопытством посмотрел на меня.
Я доложил о своем прибытии. Капитан вздохнул и каким-то неестественным голосом произнес:
– Вот из отдела кадров приехал инспектор Юрков. Вас списывают.
– Меня?! За что?
– Не знаю, – пожав плечами, – ответил капитан. – Ни у меня, ни у старшего механика претензий к вам нет. Может быть, товарищ Юрков объяснит?
Инспектор встал, прошелся по салону и сказал:
– Сейчас на катере произойдет замена. А объясняться будем на берегу. Понял?
Я кивнул и, чувствуя, как глаза наполняются слезами, быстро вышел в коридор. В ушах звенели слова инспектора, которые он бросил мне вдогонку: «Быстро переоденься и собери вещи!»
И тут я вспомнил о разобранном фильтре! Спустившись в машинное отделение, я начал лихорадочно собирать фильтр, размазывая по лицу грязные слезы. «Что я мог натворить? За что меня списывают?»
Когда я вылез из-под плит, передо мной стоял Юрков:
– Ты что, ненормальный? Тебе замена приехала, а ты с дизелем возишься! Собирайся скорей!
…Приехав на берег со своим обшарпанным чемоданом, я вышел из ворот порта и стал думать, куда идти. К матери? Она расплачется. К родителям жены, у которых мы жили? Но как я объясню скорое свое возвращение? Ведь утром я с ними попрощался!

Аркадий Хасин
Окончание следует


ИНФА О БЛОГЕ

Лого Простое
moryakukrainy
Моряк Украины

МЕТКИ Поиск

Календарь

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow